Блейдсингер
Недобрый фей.


18 октября 1307 г.
Франция. Бургундия. Шалон.


День выдался на редкость скучным и мерзким. Так долго откладываемую и много раз переносимую поездку в Шалон все же пришлось совершить. Вчера Жану и его небольшой свите пришлось практически весь день проторчать в седле, а сегодня весь день был расписан буквально поминутно.

Конечно, не надо было так долго откладывать поездку. За полгода накопилось уже порядочно вопросов, требующих личного внимания Жана. Да, можно было просто дать представителям города аудиенцию в замке Дижона, но нужно все же и простым людям показывать их герцога. Чтобы не забывали, как он выглядит.

Эти самоуправляемые города – сущая головная боль. С ним постоянно возникают какие-то проблемы, решать которые иногда бывает чрезвычайно сложно. Порой горожане мнят о себе слишком много… С другой стороны, эти города обладают одним огромным достоинством, которое компенсирует все их недостатки. Достоинство это – весьма и весьма приличные суммы налогов. Ради этого стоит иногда идти и на компромисс, в поисках которого и прошла большая часть дня.

Пунктом вторым в программе официального визита герцога в Шалон была казнь. Говоря по правде, знай Жан заранее, что будет такой пункт, он отложил бы свой визит еще на недельку-другую. Не то, чтобы он боялся повешенных, смерть и публичные казни в те времена была обычным делом. Просто он не любил участвовать в подобных скучнейших и практически дежурных мероприятиях. Но раз приехал, то уже не получится отвертеться. Придется поприсутствовать хотя бы в качестве платы за те уступки, которые он выбил из горожан.

Итак, не переодеваясь и оставшись как был – в герцогских мантии и короне, Жан в сопровождении городских чиновников вышел из ратуши и занял специально приготовленное ему место. Кое-кто мог бы, наверное, хотеть, что место это было на эшафоте. Но к их разочарованию Жан сел в одно из кресел, стоящих на специальном помосте для почетных гостей.

- А кого и за что казнят? – вполголоса поинтересовался герцог у сидящего рядом де Мело.
- Говорят, какого-то горожанина за убийство помощника прево.
- Да? Какая неприятность.

Что Жан подразумевал под неприятностью – убийство помощника Прево или казнь убийцы, он, по своему обыкновению, не уточнил. Герцог откинулся на спинку кресла и взял со стоящего рядом столика вафельную трубочку и с удовольствием стал ею хрустеть. В конце концов, он провел в ратуше несколько часов, а желудку не прикажешь заткнуться. Кушать хочется. То, что в десяти метрах перед ним вешали человека, Жана ничуть не смущало.

Ну а после казни и весьма плотного обеда, уже вечером, герцогу пришлось отстоять на вечерней службе в главном соборе Шалона.

Собственно, вот так мерзко денек и прошел. Приятного во всем этом было только две вещи. Первое – то, что удалось выбить из горожан немного дополнительных налоговых выплат. Второе – то, что день закончился, и завтра можно будет возвращаться в Дижон.