Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи пользователя: А й д и (список заголовков)
01:29 

Ход 61. Тампль - Сорбонна. 26 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Тяжелая дверь открылась со скрипом. В проеме показался стражник. Еще двое стояли в коридоре за ним.
-Мессир де Монфор! Вставайте.

Де Монфор с трудом поднялся со своего "ложа" и шатаясь прошел к дверям. Ему казалось, что этот путь занял у него целую вечность.

Стражник посторонился, пропуская рыцаря. В коридоре они окружили его. Один впереди, двое сзади. Справа и слева над плечами нависли пики. Конвой вел де Монфора по бесконечным коридорам, поднимаясь вверх. Солдаты были на удивление терпеливы, не подгоняя измученного пленника. Наконец его вывели в залитый утренним солнцем двор. Полно стражи, несколько телег для арестованных и сбившаяся в кучку в окружении пик группа высших сановников Ордена. Изодраный одежды, на многие годы постаревшие лица, согбенные, униженые. В цепях и колодках.

Он знал здесь многих. Кого-то в лицо, а кого-то - и не только.Солнце, такое редкое в это время года и такое непривычное после почти двух недель заключения, било в глаза. От свежего воздуха голова шла кругом, но прежде чем их усадили на телеги, он успел переброситься с некоторыми из братьев парой слов, чтобы узнать, куда их везут.

Стража перестраивалась. Две шеренги по бокам от телег. Часть впереди, часть сзади. Прежде чем стоявшие у ворот начали поднимать решетку, место в голове отряда занял невысокий человек на рыжем жеребце. Он повернул голову, осматривая телеги и свое войско. При виде Монфора лицо исказила злораднейшая ухмылка. Но Люсон (а это был он) тут же отвернулся и сделал морду кирпичом. По взмаху его руки решетку подняли, ворота открыли и печальный караван тронулся в путь. Их везли извилистыми улицами. Стражники держали пики наперевес, отпихивая простой люд, собравшийся взглянуть на еретиков.

"Какие люди...." - пробурчал себе под нос де Монфор, криво улыбнувшись. - "Верно говорят, что дерьмо не тонет". Телеги медленно тянулись по улицам Парижа. "Интересно, что они думают о нас?" - размышлял командор, глядя в лица любопытствующих парижан.

Ответ на последний вопрос был неутешителен. Выкрики из толпы вряд ли кому-либо пришлись по сердцу:
-Еретики!
-Прижали уши-то!
-Ростовщик!
-Что? Нонче вы не слишком веселы, да?

Стражники сомкнули строй плотнее. Впереди послышалась злая команда:
-Дорогу слугам Его Величества! Дорогу!
-Сомкнуть строй! - зарычал один из стражников - постарше и с мечом вместо пики.

Острия взметнулись вверх. Люди почти исчезли за серыми и коричневыми доспехами лучников. Лес копий, остроконечные шлемы. Грохот сапог, крики толпы, скрип колес. И узкая полоска голубого неба над ущельем улицы.

- Что-то чернь нынче разговорчива стала, - негромко бросил командор одному из сидящих рядом рыцарей и добавил криво ухмыльнувшись и глядя уже в сторону толпы. - Давно видно плетей не пробовали....

Змея стражи поворачивала. Пахнуло сыростью. Меж фигурами лучников показалась серо-стальная лента. Конвой вышел к Сене. Здесь было меньше черни и солдаты зашагали быстрее, а повозки заскрипели повеселей. Тряска становилась немилосердной. Впереди поднимались в небо шпили Сорбонны - знаменитого собрания ученых мужей, университета Парижа.
Колонна всходила на длинный мост. Люсон снова обернулся назад. На сей раз ему было явно не до злорадства. Казалось чем ближе конечная цель путешествия, тем больше он беспокоится. Под колесами телег глухо забормотали доски настила.

Де Монфор стиснул зубы. Дорога была такая, что каждый ухаб отдавался болью во всем теле. "А ведь еще с этими умниками разговаривать..." - подумал он. Вот уж кого бы он с удовольствием перевешал, будь его воля.

Колонна пересекла мост, повернула и вскоре втянулась в широкий двор Сорбонны. Стражники окружили телеги широким кольцом. Часть из них - человек двадцать - стащила рыцарей наземь и выстроила в ряд. Люсон подъехал к строю несчастных и спешился.
-Мессиры! - довольно бодро объявил он. - Наш добрый король велел снять с вас цепи, дабы не причинять излишних мучений пока святые отцы будут разбирать ваши деяния и вопрошать вас. - Рука лучника бездумно поглаживала коня по шее. - Вас сейчас же раскуют и проводят.. - кивок на высокую лестницу позади лучников. - Эй! Кузнецы!
От дальней телеги отделились четверо дюжих молодцов. Двое тащили низкую переносную наковальню. Люсон обвел взглядом рыцарей, постаравшись не встречаться взглядом с де Монфором.
-Не пытайтесь бежать, мессиры. Один из вас уже прочуял на своей благородной шкуре как стреляют мои люди. Я надеюсь на ваше благоразумие и то смирение, которое вы столь усердно проповедовали. - Улыбка до ушей - Очень надеюсь.

Кузнецы меж тем поставили наковальню и принялись за дело. Каждого рыцаря подводили к ним, кузнецы деловито сбивали колодки. Звон молотов смешивался с приглушенными стонами - удары больно отдавались в израненых телах. Раскованных отводили в сторону и строили в ряд по другую сторону - напротив. Люсон прохаживался меж этими несчастными, ведя коня в поводу.


Когда с него сбили кандалы, свободные руки показались командору какими-то чужими. Поморщившись, он бросил сквозь зубы в сторону проходившего мимо Люсона:
- А стрелки у нашего короля никудышные. В коня и то попасть не могут, не то что в седока. - он прекрасно знал, что тогда на северной заставе лучники именно в коня и целились, но не мог не задеть бывшего сержанта.

Люсон остановился напротив Монфора и очень приятно улыбнулся. Так улыбается легавая при виде зайца.
-Желаете попробовать, мессир? Боюсь тогда вам долго не лежать на спине. - Голову набок, в глазах веселость. - И не сидеть. Впрочем, как я слыхал, по ночам ваша братия лежала в основном на животе. Или на чужой спине!
Лейтенант отпустил повод и стоит перед Монфором. Шагах в пяти. Ухмыляется.

Де Монфор вскинулся было чтобы сбить спесь с зарвавшегося лейтенанта, но тут чья-то рука легла на его плечо:
- Остыньте, брат Гийом. Не стоит обращать внимание на всяких смердов.
Это был Тьери де Вайен. Командор знал его еще по Акре.

Шарль демонстративно сплюнул сквозь зубы. Плевок упал прямо под ноги соседа де Монфора. Лейтенант обернулся, посмотреть сколько еще будут возиться кузнецы. Оставалось всего человек пять. Конь лучника переступил передними ногами. Люсон вновь повернул лицо к де Монфору. Только теперь он не улыбается. Скорей презрительно сочуствует.
-Вы зря столь пренебрежительно относитесь к простолюдинам. Если бы не один из них, вы бы сейчас предавались порокам и купались в золоте. Но вы здесь. Грязные, оборваные, избитые. Вы! - Взгляд на де Вйена - Вы, благородный мессир, ведаете, что от вас воняет, хуже чем от козла? Да пусти вас сейчас на все четыре стороны - вы ничем не будете отличаться от нищих в грязных канавах. - и уже спокойнее добавил. - С гербом и золотом любой дурак будет благородным. Вы бы попробовали на моем месте.


- Пробовал в местах и похуже, - сквозь зубы процедил де Вайен. - С гербом или без - это не меняет сути дела.

Люсон махнул рукой и пошел вдоль строя. Лейтенант вздернул обе руки и махнул лучникам. Это был знак, по которому круг распался, а солдаты вытянулися в два ряда до самого крыльца. На верхней площадке показались несколько монахов и ученых мужей в темных одеждах. Лошади лейтенанта видимо надоело ходить за хозяином и она стояла на месте, перетаптываясь по земле.


Двор начал заполняться. Сюда пришли, кажется, все школяры Парижа. Они текли в ворота и быстро заполонили двор, оставив лишь узкую дорогу к воротам. Слышались шутки, пьяные смешки. Звонкие голоса. Обычные разговоры любопытных, бесшабашных, юных. Несколько важных профессоров держались с краю на лестнице. Центр ее по-прежнему оставался за служителями церкви.

Де Вайен незаметно толкнул командора.
- Сейчас или никогда, брат, - раздался его шепот. Де Монфор понимающе кивнул. В следующее мгновение ближайший стражник упал, сбитый подножкой де Вайена. Упал он, впрочем, скорее от неожиданности, чем от удара. Командор не раздумывая последовал примеру собрата по ордену.

Люсон обернулся на грохот.
-Держи их! - заорал побагровевший лейтенант, хватаясь за эфес. Ряды лучников поломались. несколько человек бросились к двум рыцарям, другие угрожающе наставили острия пик на прочих пленников. В толпе студентов загоготали.

Но командора привлекло отнюдь не ржание юных лоботрясов, а ржание той самой лошади лейтенанта Люсона. То как ему удалось добраться до нее и взобраться (а иначе и не скажешь) в седло казалось совершенно невероятным. За это время их с де Вайеном могли раз 10 достать пиками, уже не говоря об арбалетах. Забравшись наконец в седло , он помог Тьерри устроиться на крупе и ударив ногами в бока коня, направил того к воротам.

-Стреляйте - взвыл Люсон. - Стреляйте, черт вас возьми! - Пики попадали наземь, несколько человек вскинули луки. Стрелы свистнули в воздухе. Трое промазали и смертоносные жала попали в толпу студентов откуда раздались проклятия и крики, полные боли и отчаяния. Но сержант Трюффо попал. Стрела вонзилась в шею де Вайена. Шевалье вздрогнул всем телом, раскинул руки и упал с лошади наземь. Еще десяток стрел удачно улетели в стену. Но де Монфор уже скрылся за невысокой оградой.
-Андрэ! - зарычал Люсон. - тревогу! Покуда не отзовутся! Трюффо! За ним! Тенье! Остальных - туда! - рука указала на вход в университет. - Глаз не спускать!!!

Люсон задыхался. Пленник уходил. Конь - сам выбирал - был и правда отличный. Мажут его люди, мажут, сукины дети. Ну сейчас, сейчас.... Вон отозвался рог в городе. Вон второй. Уходит! Сейчас на мост и.. Люсон вырвал арбалет у ближайшего солдата:
-Кривые рожи!
Лейтенант вскинул оружие, припав на колено. Повел острие стрелы вслед за поворачивающим на мост всадником. Солдатам хватило ума остановиться или перебежать на другую сторону дороги. Шарль выставил тонкую черную линию чуть впереди припавшей к холке коня головы и нажал на спуск. Какую песню спел ты, железный тяжелый болт? Звонкую песню смерти. Рыцарь полетел с коня, с тяжким грохотом падая на дощатый настил. Перепуганое животное умчалось в мешанину улочек. Эх, пропала коняга!

Стук конских копыт. Шум погони за спиной. Кровь стучит в висках. Вот и мост через Сену. СтОит его пересечь и .... Внезапная боль где-то между ребер. Небо над головой накренилось и перевернулось. Командор вылетел из седла, упав на доски настила. "А ведь умеют стрелять..." - усмехнулся он запекшимися губами. Это были последние его слова.

Подбежавшие солдаты стояли над телом командора. Грубо расталкивая их к мертвому протиснулся Люсон.
-Учитесь, покуда я жив! - рявкнул лейтенант. - Подогнать повозку! Тела обоих на нее. Пока пусть лежат. На! - он сунул в руки арбалетчику его оружие. - Стрелок!
Шарль повернулся и пошел обратно к Сорбонне. Возле трупа остались трое, отгоняющие любопытных. Через непродолжительное время мертвый рыцарь вновь оказался во дворе университета. Оба убитых лежали в повозке, невидяще глядя в небо. Лейтенант некоторое время бродил по двору, затем поднялся по ступеням и исчез в здании. А еще через полчаса расторопный солдат направлялся в мессиру де Парейлю со срочным письменным донесением.

19:47 

Ход 58. Вечер. 21 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Почти двое суток беспамятства. Холодный каменный пол. Ползти по нему со скованными руками совсем не просто. Каждое движение отдается болью, каждый рывок приводит едва ли не к потере сознания. Кто бы мог подумать, что каких-то пару туазов * - такое большое расстояние? Вот и топчан. Теперь бы еще вползти на него... Одна попытка, вторая... Но удается только с третьей. Сознание снова меркнет, но и возвращается также внезапно. Позавчера... Что же было позавчера? В памяти снова всплывают багровые отсветы пламени, закипающая в ковше смола, зазубренные клещи и крючья для вытягивния жил. И эти немыслимые вопросы... Правда ли, что рыцари Храма не признают Христа? Верно ли, что при вступлении в Орден, они заставляют неофитов плевать на крест? Правда ли, что они поклоняются идолу с кошачьей головой? Верно ли, что среди братьев Ордена распространен содомский грех? Даже сейчас командор усмехнулся этому нелепому вопросу. Вспомнились былые походы. "Да, этих ребят можно было обвинить в каких угодно грехах, но только не в этом" - с усмешкой подумал он. - "Кажется я им так и сказал.... Остальное отрицал.... И послал всех к дьяволу....Потом темнота... Хотя написать они могли что угодно, вне зависимости от моих показаний... Да, крепко за нас взялись... Одна надежда - что Жоффруа успел уйти... Если успел..." После этого сознание снова погружается во мглу.


* Туаз - французская средневековая мера длины. 1 туаз = 1.95 метра.

00:59 

Ход 57. Вечер . 19 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
На этот раз его отвели не в подвал для пыток а наверх в одну из комнат рядом с канцелярией инквизиции.В комнате сидел Гюнтер фон Линдеманн за столом покрытым черной тканью и заваленным бумагами.Теми же бумагами были завалены шкафы по сторонам.Стражники усадили де Монфора на скамью перед столом и встали у двери. Инквизитор поднял голову от бумаг и посмотрел на командора своими заплывшими жиром глазками.Отвислые щеки, поросшие щетиной, придавали ему сходство с бульдогом.
-Ну что ж шевалье де Монфор. - заговорил инквизитор с легким немецким акцентом. - Ознакомьтесь с приказом вашего Магистра.-и подал ему в руки бумагу с переписанной от руки копией письма подписанного де Молэ,которое призывало тамплиеров покаятся в своих грехах и признаться Святой Инквизиции во всем что им было известно о ереси.


Командор пробежал глазами по строчкам:
- Что это, святой отец?

-Вы читать умеете?- мрачно вопросил инквизитор - Приказ вашего магистра содействовать святой инквизиции в разоблачении ереси.


- Читать я умею, - губы командора исказила странная улыбка. - Только вот о какой ереси речь?

Гюнтер смотрел на командора со скукой - много но уже таких видел:
-Вы собираетесь изображать из себя святую невинность?или попытаетесь утверждать, что ничего не знали о том, что тамлиеры уже давно отреклись от веры Христа?

- Не подскажете ли, святой отец, когда произошло это печальное событие? - по лицу трудно было понять, ёрничает ли командор или действительно так озабочен упадком веры.

Гюнтер опустил взгляд на бумаги и начал монотонно обьяснять:
- Согласно показаниям подследственных включая магистра и приоров Франции и Аквитании и других это произошло когда ваш магистр 10 лет назад во время осады Акры был окружен мусульманами и сдавшись им был отпущен на свободу с условием отречься от веры Христа, после чего привез с Востока богомерзкое изображение идола с кошачьей головой, именуемого Бафомет и установил тайный ритуал поклонения оному обязательным для тамплиеров.

- Ничего подобного я никогда не видел и не слышал, святой отец. Откуда у Вас такие сведения?


- Не пытайтесь мне лгать, командор. В Тампле найдено изображение этого идола и показания высших чинов ордена подтверждают известные Святой Инквизиции факты

Ироничная усмешка скользнула по губам де Монфора:
- Вероятно, Вы проделали хорошую работу, святой отец, коли Вам удалось найти то, чего никогда не было.


Гюнтер покачал головой:
- Вы упорствуете. Дьявол еще говорит в вас altissima voce. * Можете посмотреть это если мне не доверяете - и Гюнтер показал командору еще один пергамент.Это был протокол допроса рыцарей Жерома дю Пасажа и Жана де Кюньи где они сознавались в том что при принятии в орден их отвели в сторону и указали плюнуть на распятие говоря что "Бог на небесах а это лишь дерево"

- Это ни о чем мне не говорит, святой отец. - он помнил Жана де Кюньи, веселого и жизнерадостного человека и отчаянного смельчака. Что ж, в арсенале святой инквизиции достаточно средств, чтобы даже такие как Жан сознались в заведомо бредовой гипотезе.

Отец Гюнтер отложил бумагу в общую кучу..
-Вы похоже не хотите видеть очевидного.А скажите, командор, чем если не дьявольским наущением можно обьяснить то, что рыцарский орден вместо войны за Гроб Господен уже много лет как занялся ростовщичеством,занятием позорным,осужденным Святой Библией и присущим лишь презренным евреям?Для того ли Святой Престол даровал тамплиерам привелегии чтобы защитники Веры превратились в купцов?

- И при чем же тут дьявол, святой отец? - осведомился командор.

-А разве Священное Писание не осуждает поклонющихся золотому тельцу?И разве алчность не есть одно из орудий дьявола в совращении душ человеческих?

Командор посмотрел на заплывшее жиром лицо монаха.
- А скажите , святой отец, давно ли Вы сами постились? - в свою очередь спросил он.

Гюнтер злобно выругался по немецки и крикнул - Жиль!Зайди сюда!
И - ткнул пальцем в стражника
-Отведите его в подвал.

Командор только ухмыльнулся, глядя на взбешенного монаха, после чего был выведен из комнаты стражей.


* altissima voce (лат.) - самым громким голосом

01:23 

Ход 52. 15 октября 1307 года. Ближе к вечеру.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Сознание возвращалось медленно, словно бы нехотя. Командор помнил как стража доволокла его до камеры, он помнил скрежет засова, помнил как его бросили на каменный пол. Дальнейшее покрывала черная мгла. Он и сейчас лежал на полу, так и не добравшись до той узкой деревянной доски, грубо приколоченной к четырем низким ножкам, которую не то что кроватью, даже и топчаном -то не назовешь. Впрочем, это еще пустяки - в походах приходилось спать и не на таком. Хуже другое - он вряд ли в состоянии подняться да еще эти кандалы, чтоб их... Все попытки подняться оказались безуспешны. Что ж, придется пока лежать на полу - силы еще понадобятся. Вчера на допросе... или это было не вчера? Какой сегодня день и сколько прошло времени? Да, он сказал, что действовал по приказу магистра. Хотя это они наверняка знали и без него. Им нужно было лишь письменное подтверждение и они его получили. Зато теперь у де Шарнэ развязаны руки. Будем надеяться, что Жоффруа сумеет этим воспользоваться ибо с таким магистром как мессир де Моле орден обречен. Обречен? Только теперь он вдруг осознал смысл происходящего в Тампле - разгром в коридорах и залах, подвалы, полные собратьев по ордену и несколько промелькнувших в коридоре сутан монахов-доминиканцев. Слуги Святого Доминика. Псы Господни. А ведь орден не подлежит светскому суду. А это значит... Это значит что, что бы ни делала здесь святая инквизиция, ничего хорошего это ордену не предвещает.

За дверью раздались шаги,приближающиеся голоса,ругань чей то сдавленный стон и снова ругань.
- Черт подери этого дохляка! Он даже не может сам ходить.(глухой звук как будто пнули что то мягкое)Жиль! Его Преподобие приказал дрежать этого вот в одиночке до завтра, а у нас нет ни одной пустой камеры.Тысяча чертей, не тащиться же в Шатлэ на ночь глядя!
В ответ раздалась еще более забористая ругань.
-Черт возьми,Пьер! Что ты морочишь мне голову такой чушью!Суньте его любую в камеру, в первую попавшуюся. Какая, к дьяволу, разница если это все равно только до утра!
Дверь глухо лязгнула и ввалившиеся в камеру стражники швырнули на пол что то на первый взгляд показавшееся командору кучей грязных тряпок. Когда дверь закрылась эта куча шевельнулась и оттуда высунулось бледное лицо:
-Эээ...шевалье де Монфор?

Скорее по голосу чем по лицу Монфор узнал в нем Жана Вильнева - молодого человека, вступившего в орден три года назад и бывшего оруженосцем при Магистре.Монфор невольно вспомнил что при первой встрече с Жаном был крайне удивлен - мальчик был просто на диво хорош собой тоненький, рыжеволосый с синими с поволокой глазами,казалось бы что ему делать в монашеском ордене. Однако Вильнев без видимых сожалений дал обет целибата и быстро прижился в Тампле.
Сейчас впрочем его было не узнать - лицо было белым как мел и искажено такой гримасой ужаса и отчаяния.Вильнев попытался подняться зацепившись руками за доску "кровати", но его ноги подкосились и и он с жалобным стоном рухнул на каменный пол.

- Жан? - командор с видимым усилием поднял голову от пола. Помочь парню он, к сожалению, не мог - сам был не в лучшем виде.

Со второй попытки юноша заполз таки на кровать и сел прислонившись спиной к стене.Его наполненные ужасом глаза постепенно стали более осмысленными, когда он осознал что стражники ушли и ему в данный момент непосредственно ничего не угрожает.
Посмотрев на командора он прошептал:
- Шевалье...вас тоже допрашивали инквизиторы?

Командор скептически оглядел юношу - пятен крови на одежде не видно, руки-ноги тоже вроде бы целы, зато напуган так, будто в преисподней побывал. Ответил он не сразу:
- Нет, это подручные мессира де Ногарэ постарались...

Юноша явно вздрогнул при имени Ногарэ и прошептал.
-Теперь все они тут заодно - люди короля и инквизиторы...ордену пришел конец.

"Конец ордену пришел, когда его наводнили вот такие мальчики - нежные и томные как майская ночь..." - подумал командор.
- И в чем же нас обвиняют? - спросил он Жана уже вслух.


Жан в удивлении воззрился на командора:
- Как? Вы не знаете? Разве Вам не задавали всех этих ужасных вопросов про ересь?

- Не задавали, Жан, не задавали. Так что там они придумали?

Юноша вдруг снова задрожал как будто страшные пыточные интрументы снова были прямо перед ним и дрожащим голосом начал:
- Это какой-то кошмар.Орден обвиняют в ереси, в том что мы отступили от веры Христа и поклонялись какому-то идолу с кошачьей головой, который называется Бафомет...и что при вступлении в орден надо было плюнуть на распятие..

- Бред.... - бросил командор. - И ты подтвердил это?
"Богатая же у них фантазия." - подумалось ему. - "Дело пахнет кострами. Уж если наша святая инквизиция за кого берется, то непременно доводит дело до конца."

Юноша всхлипнул :
- Они пытали меня.... Они заставили меня признаться в мужеложстве..и сказали, что за это я пойду на костер.
*закрыл глаза руками и заплакал*,

"И эти пару синяков он называет пыткой? Хотя, что его упрекать? Сам-то я хорош... Еще неизвестно в чем я сознаюсь, болтая по душам с отцами-инквизиторами..Может быть в покушении на Папу Римского или в том, что вступив в сговор с сарацинами, хотел обратить Францию в магометнаство" - подумал командор.

- Жан, прекрати ныть! Будь мужчиной. - сказал он вслух. Внезапно в душу закралось какое-то сомннеие. - Или ... ты действительно сказал им правду... про мужеложество?

От юноши не слышалось ничего кроме невнятного всхипывания.

- Да уймись ты, в конце концов... Ревешь хуже бабы! - эти всхлипы уже начали выводить командора из себя. "Господь Всемогущий! Понабрали же где-то..." - подумал он.

Жан перестал всхлипывать и с недоумением посмотрел на де Монфора.


Уже лучше... - буркнул командор. - А теперь ложись и постарайся уснуть.

Жан свернулся на кровати в клубочек и все еще всхлипываю уснул

Командор бросил взгляд на всхлипывающего восне юношу. "Да, ордену действительно конец" - мысленно резюмировал он.


15:22 

Ход 51. Поздний вечер. 14 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Когда под вечер вновь раздался скрежет дверного засова, командор почти не удивился. Не удивился он и тогда, когда его вывели из камеры и в сопровождении четырех лучников повели в подвальный этаж и только одна мысль промелькнула:"Если б не кандалы, справился бы и с четырьмя..."

Гийом де Ногарэ залпом осушил кубок крепкого бургундского вина.Закашлялся,утер рот куском ткани.Октябрьский день был дождливым и старые кости болели с утра и до вечера.Ногарэ уже 40 лет служил французской короне и здоровье начало уже отказывать - но никто не должен видеть его слабости.Вчера и особенно сегодня - его деньНа каменном лице окаймленном седой бородкой появилась кривая усмешка -.Его главные враги - тамплиеры беспомощны и поставлены на колени.
Гийома удивил приказ короля - взяться в первую очередь за какого то ничтожного командора когда в руках сам магистр - однако Ногарэ - железная рука короля - не привык оспаривать приказы.тем более что он отлично знал что во всех уголках Франции сотни тамплиеров сейчас дают показания - такие которые нужны Святой Инквизиции - и Французской Короне.
Спешить было некуда.
Ногарэ потушил лампу и спустился в подвальный этаж сопровождаемый четырьмя стражниками которые застыли в дверей в квадратную комнату для допросов.Сам канцлер уверенно зашел внутрь.

Квадратная комната была срочно переделана из под склада.Однако инквизиторы уже успели переместить туда свой арсенал.
Наспех сколоченная дыба располагалась у глухой стены напротив входа.На деревянных полках у стен были спешно разложены "испанские сапожки",воронки для пытки водой, смолой и горячим маслом, иглы и крючки для ногтей, наборы клещей хитроумной формы для вырывания кусков мяса, вытягивания жил и ломанья ребер, пилки и долота для костей, решетки для поджаривания, тиски для рук, ног,головы,а также круглые ножи и деревянные клинья-лопаточки для сдирания кожи и прочий зловеще выглядящий инструмент.

Двое здоровенных палачей подвесили Монфора к дыбе растянув руки так что затрещали кости.Потом они вытянулись по стойке смирно рядом с дыбой - в комнату,сутулясь,вошел Гийом де Ногарэ.

Командор только заскрипел зубами, когда руки едва не были вывернуты из суставов и наградил вошедшего Ногарэ таким взглядом, который старые палачи имеют обыкновение вспоминать на смертном одре..

Ногарэ еще раз откашлялся - нет,эта погода определенно не подходила для его изношенных легких,и не глядя на пытошников махнул рукой -
-Почему огонь еще не разведен?
Старший палач ткнул в плечо младшего:
- Шевелись, Пьер, не заставляй ждать Его Светлость!
Тот бросился к жаровне и принался разжигать дрова.
Ногарэ ткнул пальцем во второго пытошника -
-возьми кнут и пройдись по нему немного для начала.
Здоровенный палач размотав длинный кнут из воловьей кожи взмахнул им и ударил наискось так что хвост ударив по спине обмотался вокруг тела командора.Палач тут же ловко потянул кнут обратно сдирая кусочки кожи.

Командор стиснул зубы. Волна боли прокатилась по телу.
- Эх, слабо... Кто ж так бьет? - процедил он.

Ногарэ просто смотрел на него с абсолютно каменным лицом и лишь в уголках губ кривилась усмешка...
-Храбрец, - чуть слышно прошептал он. - Видали мы таких.
Канцлер взял в руки длинную иглу и подойдя ближе оттянул палец командора и воткнул острие игры под ноготь.


Де Монфор негромко застонал. Его взгляд встретился со взглядом Ногарэ.
- Мессир ... а не припомните ли ... за какой такой подвиг... Вы получили рыцарские шпоры?

На лице Ногарэ не отразилось ничего.Оскорбления и проклятия врагов соскальзывали с него не оставляя никакого следа. скатываясь с него как скатывается вода с гладкого булыжника.
он обернулся к Пьеру - эй ты кончай там возиться
Но мессир - пробурчал тот - угли еще не разгорелись как следует.
-неважно - махнул рукой Ногарэ - подложи плитку с углями ему под ступни и пусть там тлеют потихоньку.

Палач подсунул угли командору под ноги и прижал колени лубком чтобы тот не мог пошевелиться

Тепло сначала было легким, даже согревающим. Но через несколько минут, когда угли разгорелись, ноги де Монфора охватила в прямом смысле обжигающая боль. Запахло паленой плотью и уже невозможно было сдерживать крик.

Ногарэ оттолкнул плитку ногой и жестом приказал палачу брызнуть на командора водой.
Сказал спокойным и безразличным тоном
-Ну что храбрец...долго еще будешь тянуть время?
И махнул рукой старшему палачу - готовьте испанский сапожок

- Пока сил хватит.... - криво улыбнувшись, ответил на вопрос канцлера де Монфор.

Палачи всунули ноги Монфора в деревянные тиски "испанского сапога" и туго закрутили болты.Старший палач нанес несколько ударов деревянным молотком.Острые шипы медленно вонзались в ноги Монфора.
А Ногаре спокойно продолжал качая головой..
-вроде ты не настолько молод командор чтобы так храбриться.

Каждый удар молотка отдвавлся жуткой болью. С губ командора слетел глухой стон. На слова Ногарэ он ничего не ответил.

Огонь в жаровне уже достаточно разгорелся и младший палач поставил на него ковшик со смолой.
Ногарэ нагнулся над жаровней,вдруг замер, ругаясь сквозь зубы ,потом долго,кряхтя, тер поясницу.
Затем достал оттуда раскаленный железный прут и подойдя к командору провел им по груди наискось.
Отведя прут поднес близко к носу.
-Хочешь этого еще?

Снова обжигающая боль. Снова запах паленого. Кажется, что уже нет сил терпеть все это, но ... вместо ответа канцлер услышал лишь такую брань, от которой покраснели бы в смущении даже потровые грузчики из Нанта.

Ногарэ в совершенстве умевший дозировать боль опять махнул Пьеру и тот брызнул на командора водой..
Уставший канцлер держась за поясницу уселся на табурет в углу.
-Жиль сдери с него шкуру - приказал он старшему палачу.
Старший палач достал из кучи круглый нож и деревянную лопаточку.
Пьер чуть отпустил веревки на дыбе чтобы командор повис на них.
Затем старший палач подойдя сзади к командору разрезал кожу сзади на правом плеч.Затем аккуратно работая инструментами моментально вырезал из спины кусок кожи размером с ладонь.

Боль была нестерпимая. Очертания предметов на несколько мгновений потеряли свою резкость. И свой крик командор услышал уже как бы со стороны.

Жиль грязно выругался -
- кажется он вырубается - и так ничего и не сказал.
Оставьте его пока - мрачно произнес Ногаре.
-Упрямая скотина.Подождем немного

Младший палач аккуратно приложил к ране командора губку с водой и а старший сунул Монфору .под нос тряпку пропитанную какой то едко пахнущей дрянью

Ногарэ опять поднялся сгорбившись подошел к монфору поднял ему подбородок:
- Ну так что говорить будешь,шевалье?

- Буду... - с трудом процедил де Монфор. - Это я... подослал убийц ...к де Мариньи.

Ногарэ покачал головой -
-Не лги мне Монфор тебе это не поможет..конечно это НЕ ты.Ты слишком мелкая сошка для таких интриг.
Кто из вашего Капитула приказал тебе убить коадьютора?

- Никто.... - командор растянул губы в презрительной улыбке. - Я слишком ненавижу эту сволочь, чтоб действовать по чьей-то указке.

Ногарэ побагровел и с размаху ударил Монфора кулаком в челюсть.Потом отошел в сторону полки с инструментами и достал оттуда зазубренные клещи.И подойдя к Монфору вырвал ему небольшой кусок кожи и мяса слева на боку..

Командор едва не задохнулся от невыносимой боли и бессильной ярости. Из раны тугой струей брызнула кровь. Все пространство комнаты заволокла багровая мгла.
- Это... был приказ ... де Моле... - с трудом произнес он.

Так..- кивнул головой Ногарэ... - уже лучше....Перевяжите его чтобы не истек кровью.....
Палачи засуетились вокруг командора

"Так было нужно" - подумал де Монфор. - "Для ордена"

За дверью послышались шаги лязг металла и голоса.Дверь лязгнув открылась и в комнату пригнувшись вошел король франции.Окинув ледяным взглядом Монфора,палачей,инструменты,огонь и комнату он обратился к Ногарэ
-Есть что нибудь интересное?
-О,да, Ваше Величество - начал тот голову тот - он признался что подослал убийц к Мариньи по приказу магистра.
Король пошевелив пальцами остановил канцлера
-Да,это и так понятно...Что нибудь о письме говорил?
-Нет, Ваше Величество, пока ничего
Король приблизился к командору остановившись в двух шагах заговорил медленно разделяя слова
Расскажи откуда ты взял письмо и выйдешь на свободу...

- Его дала мне Ваша дочь во время моего визита в Вестминстер, Ваше Величество.

- Так...говорил с Изабеллой?И о чем же?

- Ее интересовали последние французские новости. Она упомянула вскользь, что очень скучет по родине.

Король и Ногарэ отошли в сторону
Тем временем пьер и жиль отцепили Монфора от дыбы и усадили на табурет
сунули под нос перо и лист бумаги где было записано:
"По существу заданных мне вопросов могу пояснить что отдал де Буайе приказ о покушении на жизнь коадьютора Франции Ангеррана де Мариньи по указанию магистра де Моле"

Де Монфор еле удержался на табурете - его шатало да и руки не слушались. Наконец-то подпись была поставлена и свиток отдан.

Король и канцлер у двери говорили тихо и очень быстро.
-Странно.Гийом Мне кажется что он не лжет.Да скрывает что то но вот по поводу письма не лжет.
-Простите Ваше Величество а какая в конце концов разница?Думаю вашей дочери было все равно с кем передать это письмо а этот тамплиер просто под руку попался.
-А я опасаюсь что они пытались втянуть Изабеллу в какую-то интригу с целью спасения своего ордена.
-Ваше Величество...Не лучше ли спросить об этом у Вашей дочери
-Да это наверно единственно правильное решение..Я вызову ее во Францию.
-А с этим что делать?
-Пока оставьте.. он выйдет отсюда...потом...после того как даст признания по делу о покушении на Мариньи на процессе перед церковным трибуналом это будет дополнительное доказательство для Папы..а потом думаю его помилуют вместе с раскаявшимися тамплиерами.
-А если он не покается?
Король посмотрел на Ногарэ даже с некоторой усмешкой...ну - тогда он тоже выйдет отсюда..на Монфокон..
Затем Филипп и Ногарэ вышли из пыточной.Палачи надели на Монфора кандалы и стража отвела его в камеру.

01:55 

Ход 49. Утро. 14 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Шарль Люсон: -Ах ты проклятье! - лейтенант уже второй час был сильно не в духе. - мало того, что эти сыны ослов куда-то дели все золото, мало того, что на королевское уже наложили лапу люди Ногарэ.. Теперь еще везти этого Монфора! Но делать было нечего. Закрытую карету окружили лучники и процессия двинулася ко дворцу. Душу Люсона едва ли мог согреть припрятанный за пазухой массивный перстень с изумрудом. Он-то рассчитывал на пару телег драгоценностей.

Мариньи увидев Люсона указал ему на комнату в левой галерее дворца. -Значит слушай лейтенант.Его Величество изьявил желание поговорить с этим тампиером.Лично.Колодку снять но руки сковать сзади наручниками и эти наручники короткой цепью вот к этой каменной скамье.Тут пусть и сидит.Вы двое - Мариньи указал на рослого молчаливого лейтенанта стражи - будете стоять у дверей внутри - если чуть дернется - ну вам не надо объяснять....

Шарль Люсон: *мрачно* Слушаюсь, Ваша Светлость. *Обернулся к Монфору и резко дернул цепь* Вперед, шевалье. *сквозь зубы добавил* свинное отродье.

Гийом де Монфор: на слух никогда не жаловался и пожалел в этот миг только о том, что руки скованы. Иначе новоиспеченный лейтенант уже расплатился бы за свои слова.

Шарль Люсон: *выполнил все приказаное мессиром, постаравшись замотать цепь так, чтобы Монфору выгнуло хребет в другую сторону. Ворча что не его дело сбивать колодки, тем не менее снял их и бросил сбоку от скамьи. Вытянулся у двери, поближе к рыцарю*

Гийом де Монфор: стиснул зубы - сидеть в такой позе было не слишком легко.

Шарль Люсон: *мерзко улыбается. Ишь, скуксился... будешь знать как золото прятать*

Король Филипп IV пригнувшись вошел в комнату и окинул рыцаря ледяным взглядом от которого у простого смертного возникла бы мысль о неминуемой смерти.Не обращая внимания на стражников король прошел ближе к скамье и усевшись на деревянном стуле напротив Монфора.обратился к нему медленно и четко разделяя слова: Итак рыцарь если надеешься спасти свою жизнь тебе лучше правдиво рассказать как к тебе попало письмо моей дочери

Шарль Люсон: *при виде Его Величества вовсе в стену вжался. Старается не дышать, не скрипнуть доспехом*

Гийом де Монфор: Филипп IV> "Прошу прощения, Ваше Величество, что не могу стоять в Вашем присутствии" - в голосе рыцаря проскользнула легкая тень иронии. - "Письмо же мне передала горничная Вашей дочери, когда я по служебным делам находился в Вестминстере при дворе ее мужа"

Король пристально смотрел в глаза рыцарю.Эта привычка подолгу смотреть не мигая часто пугала людей и не трусливых.Потом произнес голосом холодным как лед. -Не пытайся мне лгать рыцарь ты этим только ухудшишь свою и без того незавидную участь.

Гийом де Монфор: чего не умел, так это отводить взгляда:" Я не лгу Вам, Ваше Величество"

Шарль Люсон: *пальцы нервно сжали эфес. Аж побелели. Ай... мама... проклятый перстень скользнул под одеждой вниз по вспотевшему животу. Выпадет же... Ледяной пот прошиб с головы до ног. Пустота тяжелая в брюхе*

Филипп IV: Ты вроде не совсем глуп,рыцарь неужели ты ожидаешь , что я в это поверю? С какой стати моей дочери было бы передавать такое письмо через неизвестного человека и тем более через горничную.Ты видел Изабеллу? Сейчас король смотрел Монфору прямо в глаза

Шарль Люсон: *перстень скользил все дальше. Лучник не замечал, но на лице отразилось отчаяние. Не так жаль было тяжелого кольца, как собственной молодой еще жизни. Король наверняка догадается где именно он это прихватил*

Гийом де Монфор: по прежнему не отводя взгляда, произнес:"Нет, не видел, Ваше Величество. Вероятно, Ее Величество, королева Изабелла решила передать это письмо через меня потому, что на тот момент я был единственным французом в Вестминстере"

Король скучающе отвернулся от Монфора - я думал ты умнее...командор.Я чувствую что ты лжешь.Но не знаю зачем.Тебя заставят сказать все даже если для этого потребуется спустить с тебя шкуру.Не заставляй меня...ждать...

Гийом де Монфор: усмехнулся:"От того, что с меня спустят шкуру правда не перестанет быть правдой, Ваше Величество"

Филипп IV: И ты хочешь меня уверить что горничная вот просто так дала тебе письмо и ничего не сказала при этом?

Гийом де Монфор: Филипп IV> Почему же, сказала, разумеется. Она сказала, что это письмо любой ценой должно попасть к Вам.

Шарль Люсон: *на роже появилось ошарашеное выражение. Это что, выходит он у этого сукина сына на посылках вышел?*

Король безразлично махнул рукой (мол что тут поделаешь) Ты чего то не договариваешь.Я даю тебе последний шанс рассказать все что ты знаешь об этом письме.Иначе потом с тобой будут разговаривать...другие люди и другим языком...

Гийом де Монфор: Филипп IV> Я сказал все, что знал, Ваше Величество.

Король встал в последний раз бросив взгляд через плечо на Монфора - а ты смел...жаль что ты служишь не мне...И Филипп вышел из комнаты.

Шарль Люсон: *оторвался от стены и склонился над скамьей, разматывая цепь* Гийом де Монфор> я с удовольствием послушаю, когда тебя будут рвать клещами...

Гийом де Монфор: Шарль Люсон> "Надеешься услышать что-то новое?" - сквозь зубы процедил командор, подымаясь со скамьи.

Шарль Люсон: Гийом де Монфор> ага..*ядовито произнес, пристраивая к ногам рыцаря колодки* Что-нибудь про забавы с высокими особами...

Выйдя из комнаты Филипп столкнулся лицом к лицу с канцлером вернувшимся под вечер из Тампля.Полушайте Ногарэ- произнес король - вам придется отвлечься от магистра и срочно занятся одним...особо упорным тамплиером. = Ногарэ понимающе кивнул - О чем спрашивать Ваше Величество? Ни о чем..- Холодно ответил король - Я сам его поспрашиваю когда размякнет..

Шарль Люсон: *закрепил колодки и запер их. Цепь намотал на руку* Не угодно ли вернуться в ваши покои, мессир Кабанье Ухо? Карета ждет. *дернул цепь*

Гийом де Монфор: Шарль Люсон> *скрипнул зубами - уж очень хотелось съездить разговорчивому лейтеннту по скуле* Конечно, мессир Сукин Сын. Благодарю за гостеприимство.

Шарль Люсон: Гийом де Монфор> после вас! *указал на дверь и последовал за рыцарем, позвякивая свободным концом цепи*

02:22 

Ход 46. Париж. Северная застава. Позднее утро. 13 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Из под копыт коня летели комья грязи. По сторонам дороги мелькали парижские предместья. Наконец-то показалась северная застава. Де Монфор осадил коня у самых ворот.

Трое стражников лениво перетаптывались в воротах. Казалось, они спят на ходу. В проеме ворот по другую сторону стены виднелась повозка с вязанками хвороста. Точно такие же ленивые лучники в мокрых кожанных доспехах как раз пропустили возницу. Чуть дальше расхаживал некий невысокий тип в плаще и глухом шлеме.

"Королевские лучники. С чего бы?" - подумал де Монфор, миновав стражу. "А ну пошевеливайся!" - крикнул он зазевавшемуся вознице.

Повозка загрохотала колесами вдоль улицы. Но на дорогу ступил тот самый невысокий человек с закрытым лицом и поднял руку, предлагая придержать коня.
-Назовите свое имя, сударь. - Глухой спокойный голос. Сбоку, в стенной нише, трясущийся от промозглого холода писец приготовился записать ответ.

Командор уже было дал шпоры коню, а потому едва успел осадить его по знаку человека в шлеме. "Гийом де Монфор" - небрежно бросил он.

Рука опустилась. Но как-то странно, резко. За спиной загрохотало - сонные стражники на удивление быстро выбили стопоры ворота решетки, которая быстро падала вниз. А справа и слева от де Монфора вырос лес пик. Двое лучников встали спереди. Слева и справа от командира. Последний неторопливо снял шлем.
-Именем Короля вы арестованы, сударь. Извольте спешиться и не пытайтесь бежать. - Он резко вскинул голову, указывая на стену.

"Шарль Люсон" - по губам командора скользнула холодная улыбка. - "Какая встреча! Вот уж ни думал, ни гадал..."

-Лейтенант Шарль Люсон. - холодно улыбнулся лучник. - Спешивайтесь же, сударь, а то мои ребята.. - кивок вверх. - могут случаем и стрелу пустить.

"Растете в чинах. Поздравляю!" - с той же улыбкой продолжал командор, словно не замечая нацеленных на него луков. - "И даже могу предположить, какая причина послужила такому продвижению по службе". Спешиваться он и не собирался.

Шарль склонил голову набок. Видимо и это был знак, потому что острые пики нацелились на Гийома. Целый лес, где де Монфор выступал центром.
-Вы правы. Я не предал Его Величества и был щедро награжден. Вы бы покорились судьбе, а? А не то вас скинут силой. Мессиру Мариньи ваша светлость нужна в целом виде. -голос тих и ироничен, а вот солдаты шутить не намерены. Пики совсем близко, не шевельнуться.

"Как скажете, лейтенант" - командор сделал вид, что собирается спешиться. Резкий выброс руки в сторону, вырванная у кого-то пика и пока ошарашенный копейщик пытается понять как это вышло, копье уже нацелено в лицо Люсона. - "В эту игру можно играть вдвоем, лейтенант"

-Вы зря это сделали, сударь. - зевнул Шарль, перекладывая шлем на сгиб левой руки. - Вам же сказано: именем Короля. Вы, шевалье, идете против Его Величества. Вы умрете сегодня. - Люсон согнул левую ногу и неожиданно как бы провалился вниз, в грязь улицы боком. Тонко запели спущенные с луков стрелы. Люсон знал кого ставить на стену. Лучшие стрелки не промазали. Острия одно за другим вонзились в конский круп.

Конь де Монфора встал на дыбы, сбрасывая всадника в уличную грязь и захрипев, повалился на землю. Каким образом командор приземлился на ноги - было одному Б-гу известно. В его руках по-прежнему было пехотное копье. "Ну что ж, подходите, кто смелый" - криво улыбнулся он.

-Убейте его. - Люсон медленно поднимался с земли. Пики нацелились на командора со всех сторон. И самое главное - эх, командор! - память у вас короткая. Сзади подбежали стоявшие в воротах. Один из них ничтоже сумняшеся огрел рыцаря по шлему огромным брусом, который ранее выполнял роль стопора вОрота. Прочие не торопились - улочка узкая и с пикой в ней развернуться тяжко. Да еще конь отбросил пятерых к стене.

"Поздно.." - успел подумать де Монфор, прежде чем осесть в дорожную грязь. А потом перед глазами заплясали разноцветные круги и мир погрузился в темноту.

Люсон скептически смотрел на рыцаря.
-Гастон - повернулся лейтенант к одному из лучников. - подгони телегу и скажи тем нищим, что они могут забрать конину себе.
Как только лучник поспешно ушел, команды посыпались резче:
-Связать и отобрать оружие! Жан, беги в магистрат, пусть вернут сюда городскую стражу. Всю упряжь с коня снять и в повозку! Сержант, размазне, не умеющему держать оружие, двадцать плетей по возвращении! Арестованного в Шатлэ!

Вскоре добрые парижане могли наблюдать печальную процессию. По улице медленно тащилась телега, окруженная копейщиками, впереди на рыжей лошади ехал невысокий тип в глухом шлеме и грязном плаще. А в повозке лежал крепко связаный человек явно благородного достоинства.

22:14 

Ход 45. Вестминстер. Кабинет Эдуарда II. 7 октября 1307 года. Полдень.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Прийдя в назначенное время, де Монфор коротко постучал в дверь королевского кабинета.

На стук де Монфору открыл не слуга, а ни много ни мало граф де Варрен... В кабинете, помимо сидящео в своем любимо кресле Эдуарда и его фаворита присутсвовал еще один человек - высокий крепкого телосложения мужчина с квадратной челюстью.
Де Варрен жестом пригласил де Монфора пройти внутрь

Войдя в кабинет, поклонился королю, поприветствовал графа де Варрена и поскольку третьего человека, присутствующего в кабинете он не знал, то просто кивнул ему.

- Мы подумали над вашей просьбой. - неторопливо проговорил король.

- И каково же Ваше решение, Ваше Величество? - почтительно осведомился де Монфор.

- Мы решили, что письма могут попасть не в те руки. - также неторопливо проговрил король. - Это может привести к неблагоприятным для нас последствиям.

- Разумное решение, Ваше Величество, - кивнул де Монфор, понимая, что ему сейчас фактически ответили отказом.

- Тем не менее, - продолжил король. - Мы решили поддержать ваше начинание.

Лицо командора не выразило ни радости, ни удивления:
- Каким же образом, Ваше Величество?

- Мы решили, что наш посланник мог бы передать наши мысли и мнение значительно лучше. - король полодил локти на подлокотники, а пальцы рук скрестилперед собой. - И это было бы безопаснее.

- Следует ли понимать Ваши слова так, что Вы поддержите нас в нужный момент? - спросил де Монфор.

- Это следует понимать, что всеми вопросами по вашему предложению будет заниматься сэр Томас Ланкастер, - Эдуард показал рукой на мужчину с квадратным подбородком. - В его полномочия входит непосредственно перговоры с указанными вами лицами, а также... вопросы стоимости нашей помощи.

- Превосходно, ваше Величество. В таком случае не смею больше отнимать Ваше внимание.


Эдуард молча кивнул головой.

Де Монфор раскланялся со всеми присутствующими и покинул кабинет.

20:06 

Ход 41. Письмо, написанное Изабеллой.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Его Величеству, Филиппу IV.


Любезный отец мой! С глубоким прискорбием сообщаю Вам, что супруг мой за пол-года нашего супружества так и не удосужился ни разу исполнить свой супружеский долг. Но еще больше мое сердце скорбит по другой причине - везде вижу я тень войны. Повсюду в Англии видны военные приготовления. И я подозреваю, дорогой мой отец, что войну эту Англия будет вести против Франции. Молю Господа нашего, чтоб подозрения мои оказались напрасны. Да хранит Вас Господь, мой дорогой отец.

Ваша дочь,
Изабелла.

6 октября 1307 года Р.Х.

06:41 

Ход 40. Охотничий домик. Ночь с 6 на 7 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)

Вот уже час командор сидел за столом в низкой зале на первом этаже. Время ожидания тянулось как в засаде.

В церкви колокола пробили полночь, молодая королева, которая не могла заснуть ибо ее колотила нервная дрожь, мерила шагами свою комнату и теребила каждую минуту Беатрис. «Ну что пора? Ну мы же опоздаем» Беатрис, спокойно сидевшая и читавшая кинику, лишь отвечала «Нет Ваше Величество, надо подождать, еще немного. Не бегайте так, вы испортите прическу» Изабелла садилась в кресло но тут же вскакивала и вновь принималась ходить по комнате. Наконец Беатрис захлопнула книгу и сказала - «Пора» тут же у молодой королевы отчего то закружилась голова, но она взяв себя в руки, все таки тихо, на цыпочках, направилась к двери. Беатрис вышла первая, огляделась, затем махнула Изабелле рукой….
Две фигуры, укутанные в черны плащи так что было не понять кто это, галопом проскакали по улицам города, направляясь в сторону леса. В этот поздний час на них мало кто обратил внимание. И вот наконец охотничий домик. Изабелла легко спрыгнув с лошади бросила поводья, также спешившиеся Беатрис. Та перекрестив королеву, открыла перед ней дверь. Изабелла, королева Английская, переступила порог… не только охотничьего домика но и своей жизни, правда она об этом еще не знала.


Дверь распахнулась и на пороге показалась дама, закутанная в темный плащ. Де Монфор встал со скамьи и поклонился, приветствуя вошедшую.

Беатрис закрыл дверь за королевой, оставшись на улице, и вновь перекрестившись. Изабелла, еще ниже опустила голову, вздохнула и выдохнула «Я хотела вас видеть» Проговорила она стараясь что бы голос звучал ровно и спокойно.

- Чем могу служить? - рыцарь коротко поклонился.

мне (Изабелла глубоко вздохнуал, она никак не ожидала или ожидала?, откинув капюшон плаща, взглянула прямо на Гийома) мне нужна ваша помошь

Разумеется, он ее узнал - не мог не узнать.
- Какая же помощь Вам требуется, Ваше Величество?

мне нало, что бы вы (медленно начала Изабелла проходя внутрь и кутаясьв плащь) передали письмо моему отцу

- Я не часто бываю при дворе, Ваше Величество, - рыцарь попытался улыбнуться. - Но я постараюсь найти способ передать его.

это важно (Изабелла прикусила нижнюю губу и отвернулась) так как вы единственный здесь кому я могу доверять

Можно было бы радоваться - по крайней мере она ему доверяет, но вместо этого он произнес:
- И чем же я заслужил такое доверие, Ваше Величество?

по крайне мере тем что вы француз, а не этот набитый снобизммом анг... вообщем.. это не столь важно.... вы заслужили мое королевское доверие и это достаточно (несколько холоднее чем расчитывала произнесла Изабелла, стягивая с рук перчатки) так вы переатите письмо ?


- Можете расчитывать на меня, Ваше Величество.

в таком случае (бросив перчатки на стол, остановилась возле стула, и смотрит на Гиойома, мол дайте же даме присесть)


Осознал вдруг свою оплошность и пододвинул королеве табурет.

благодарю (королева грациозно присела на табурет, взяла со стола перо и бумагу и начала писать) когда вы сможете передать это письмо моему отцу? (не отрываясь от писания)

- Оно будет у Вашего отца не позже, чем на следующий день после моего возвращения в Париж.

И когда вы туда возвращаетесь? (вроде бы равнодушно, но предательский голос дрогнул выдавая ее интерес и волнение. Изабелла дописала пистмо, расписалась, и приянлась сворачивать пергамент.


Как можно более бесстрастно ответил:
- Завтра после полудня я отправлюсь в Дувр. Дня через три я буду в Париже.

жаль (неизвестно почему сказала Изабела сворачивая перагмент, и протягивая руку к свече) и.. м другой стороны.. хорошо

Своеобразно понял причину ее сожаления:
- Увы, Ваше Величество, я не смогу прибыть в Париж раньше указанного срока.


жаль что вы не сможете здесь отсаться.. милорд (чуть улыбнулась королева, запечатав воском со свечи пистмо и отставляя на нем оттиск перстня. Королева поднялась с табурета и обернувшись к нему, протянула свернутый перагмент. В глаза Изабеллы.. нежность проскользнула рука чуть дрогнула) именно это я и имела ввиду говоря что мне жаль, что наши страны так далеки друг от друга


- Вероятно , Вы тоскуете по родным краям, Ваше Величество, - предположил де Монфор, принимая письмо из ее рук. При этом их руки случайно соприкоснулись.

не совсем (дрогнула рука Изабеллы, румянец появился на щеках, но руки она не убрала) впрочем... если я скажу что скуала по вам вы же мне не поверите? (тихо рассмеялась, убирая руку и вновь отходя к окну)

Едва улыбнулся:
- Конечно не поверю, Ваше Величество. Королева не должна скучать по простому рыцарю.

верно не должна (смотря за темное окно) но тем не менее она скучает

Де Монфор не поверил своим ушам.
- Ваше Величество, я ... не понимаю... что Вы... хотите этим сказать....


только то что и говорю (пожала плечами вноь рассмеявшись, оборачиваясь на Гийома) королева скучает по простому рыцарю.. вот и все..


Приблизился к ней и заглянул в глаза:
- Я просто боюсь в это поверить. - а надо сказать, что в своей жизни он вообще мало чего боялся.

отчего же? (рассмеялась) это так необычно?


Не отрывая взгляда от ее глаз:
- Скорее неожиданно...

неужели королева не имеет право на маленькие.. слабости? (в глаза Изабеллы смешинки прыгают, руки от воленения вцепились в подоконник)

- Вы имеете право на все....

в таком случаем (Изабелла не знала что в таком случае, поэтому просто замолчала) как я могу узнать выполнили вы то что я просила или нет? И потом, заметьте.. никто не должен знать о письме вы, надеюсь это понимаете?


Удивленно посмотрел на Изабеллу - уж он-то понимал, что подобные письма обычно бывают тайными.
- Я пришлю Вам письмо, где извещу об этом


Он стоял уже совсем близко. Его ладонь невольно коснулась ее щеки. Он сам не ожидал от себя такого

Вздрогнув от его прикосновения, Изабелла подняла голову и.. промолчала, ибо слова куда то исчезли, остались лишь его глаза, в которых она прочитала что-то такое... впрочем, кто знает может е й просто казалось что там что-то должно быть ведь в книжках пишут так красиво.

Он уже хотел что-то сказать, но внезапный порыв ветра распахнул дверь, которая впрочем тут же и захлопнулась. Однако, именно этот ветер погасил единственный стоявший на столе канделябр и темнота скрыла их, заставив забыть обо всем на свете.



03:50 

Ход 39. 6 октября 1307 года. Ближе к вечеру.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
По возвращении с аудиенции, Гийома де Монфора ждало новое письмо. На этот раз в письме была совершенно недвусмысленная просьба о свидании ближайшей ночью в охотничьем домике в нескольких милях от Вестминстера. Еще раз перечитав оба письма, де Монфор сжег их и стал готовиться к свиданию.

03:28 

Ход 38. Полдень. 6 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Гийом де Монфор остановился перед резной дубовой дверью королевского кабинета и негромко постучал.

Слуга в одеждах королевских цветов вышел из кабинета и жестом пригласил де Монфора внутрь. Как только командор прошел в двери, слуга затворил их за его спиной.

Эдуард развалился в резном дубовом к ресле и закинул ногу на ногу. Завидев командора, король сделал приглашающий жест рукой.
- Проходите, мессир де Монфор.

Де Монфор остановился шагах в десяти от королевского кресла:
- Приветствую Вас, Ваше Величество! Позвольте засвидетельствовать Вам свое искреннее почтение. - сказал он, отвесив церемониальный поклон

Эдуард помахал правой ладонью как бы говоря, что почтение - само собой разумеющееся дело.
- Что привело вас к нам? Признаться, члены вашего ордена не частые гости в Вестминстере.

- Таковы обстоятельства, Ваше Величество, - туманно ответил де Монфор и добавил уже более конкретно. - Сюда же меня привел иной случай - сейчас нам как никогда нужна поддержка Англии.

- Англии? - с удивлением переспросил Эдуард. - Могущественному ордену тамплиеров нужна поддержка моего королевства?

- Скажем так, она бы нам не помешала, - невозмутимо ответил де Монфор.

Король пожал плечами и жестом призвал де Монфора продолжать. Эдуард напустил на себя невозмутимый вид и положил руки на подлокотники. Довершило картину великого короля (в представлении Эдуарда) лекгое приподнятие головы так, чтобы король как бы смотрел на собеседника сверху.

- Сейчас Орден переживает не лучшие времена. - продолжал командор. - И все его благополучие - лишь видимость. Виной всему наше нынешнее руководство, которое явно нуждается в замене. Вот тут нам и нужна поддержка одного из влиятельнейших монархов Европы.
Командор сделал небольшую паузу, наблюдая как пройдет эта закамуфлированная лесть.

Эдуард медленно кивнул. По лицу его было заметно, что лесть попала в точку. тем не менее, Эдуард попробовал возразить:
- Но, позвольте, Монфор, но разве может монарх поменять руководство в любом ордене, подобном вашему?

- Монрх может помочь, заявив в определенный момент о своей поддержке нужной Ордену кандидатуры.

- Быть может... быть может... А быть может, что ордену не понравятся вмешательства монарха в орденские внутренние дела. - задумчиво проговорил Эдуард испытующе глдя на де Монфора.

- Те, кого я представляю, только поблагодарят Вас за такую поддержку, Ваше Величество.

- И кого же вы представляете? - Эдуард нетерпеливо хлопнул ладонями по подлокотниками и воскликнул. - давайте перестанем ходить вокруг да около!

- Я представляю тех, кто предпочитает видеть на посту магистра Ордена Жоффруа де Шарнэ, нынешнего приора Нормандии, - ушел от ответа де Монфор.

- И много вас - таких? - мило поинтересовался Эдуард. - Я не хочу быть втянутым во внутриорденские споры за власть со смутными шансами на успех. к тому же... давайте начистоту... какая от этого всего мне выгода?

- Проезжая из Дувра в Вестминстер я заметил кое-какие приготовления стратегического характера. Полагаю, Вашему Величеству вскоре может понадобиться военная помощь? - в свою очередь спросил де Монфор.

- Да. В соотвествии с пожеланиями моео отца мы готовим новый поход на север. - кивнул Эдуард. - Надо наконец выкурить Роберта Брюса с его приспешниками из гор северной Шотландии.

- Желание отца нужно уважать, - подтвердил де Монфор. - И мы могли бы помочь Вам в его осуществлении, Ваше Величество.

- Поход в любом случае начнется не раньше весны. - пожал плечами Эдуард. - Как вы себе видите нашу поддержку в вашем деле?

- Несколько писем от Вашего имени людям, от которых зависит выбор, могут решить дело.

- И кто эти нужные люди? - немного заскучав спросил король. Разговор затягивался, от чего Эдуард был не в восторге.

- Жан де Варье, Луи д' Анкор, Николя Танжери .... - назвал де Монфор слабые места оппозиции.

Эдуард провел пальцами руки по щекам и подбородку, как-будто проверяя хорошо ли побрит.
- А каковы шансы на успех в этой вашей затее?
Особо Его Величество подчеркнул слово "вашей"

- Шансы весьма и весьма велики, Ваше Величество.

- Что ж... - король пристукнул ладонями по подлокотниками, приняв какое--то решение: - Мне необходимо обдумать ваше предложение и обсудить его с некоторыми советниками. Завта я жду вас примерно в это же время.
Эдуард сделал жест правой рукой, давая понять, что аудиенция окончена

- Не смею более занимать Ваше внимание, сир, - де Монфор коротко поклонился и исчез за дверью.


03:25 

Ход 37. Утро. 6 октября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
До аудиенции у короля оставалось еще несколько часов. Гийом де Монфор в очередной раз пробежал глазами по письму, полученному вчера на пристани. Странное это было письмо - ни подписи , ни даты. Его взгляд упал на печать. Личная печать Изабеллы. Нет, этого просто не могло быть. Командор еще раз вчитался в письмо.
Она явно нуждается в помощи. Но стоит ли доверять этому письму? Это может быть и провокация. Хотя, кто знал здесь о его прибытии?

"Время покажет" - решил командор. Пора было готовиться к аудиенции.






Отрывок из письма Изабеллы:


Однажды мы с Вами уже встречались. Я бы никогда не написала Вам, если бы обстоятельства не вынуждали меня прибегнуть к Вашей помощи. Через неделю я прибуду во Францию на корабле под названием "Ласточка". Прошу Вас встретить меня в Нантском порту. Я подойду к Вам сама. Искренне надеюсь, что Вы не откажете даме в сложных для нее обстоятельствах.

20:39 

Ход 29. Ответ Жоффруа де Шарнэ на письмо Гийома де Монфора. 30 сентября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Из письма:


"Твои вести воистину печальны. Что ж, передай ему(Дитрих позаботится об этом), что я согласен на встречу, но лишь на юге, в Сен-Плесс(крепостица на южной границе округа Нормандии). Пусть прибудет туда через два-три дня. Что же касается де Ногарэ - я о нём позабочусь, будь спокоен. Тебе же немедля по получении этого письма надлежит отправиться в Лондон дабы заручиться поддержкой Его Величества, Эдуарда II Английского. Вверительные грамоты и письмо к нему ты сможешь получить у того же Дитриха.


Жоффруа де Шарнэ


30 сентября 1307 года Р.Х."

20:19 

Ход 28. Письмо, полученное Жоффруа де Шарнэ 30 сентября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)

Из письма:

"Друг и брат мой! Спешу сообщить, что не далее как сегодня я имел разговор с де Мариньи. Судя по всему, он знает больше , чем можно было предположить. На словах он передал тебе приглашение прибыть к нему для разговора. Полагаю, что это как-то связано с тем письмом, что я ему переправил. Как друг хочу предостеречь тебя от этой встречи ибо он желает встретиться с тобой на его территории , в его парижском особняке на улице Фоссэ Сен-Жермен. Следующая новость столь же дурна - новым хранителем печати назначен небезизвестный тебе Гийом де Ногарэ. Сожалею, что вынужден сообщать тебе дурные вести.

был и остаюсь твоим другом,
Гийом де Монфор.


27 сентября 1307 года Р.Х."

20:08 

Ход 27. Улицы Парижа. 27 сентября 1307 года. Вечер.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
"Дьявольщина!" - конь де Монфора во весь опор несся по улицам Парижа в направлении Тампля. Всадник не обращал ни малейщего внимания на жмущихся к стенам домов прохожих. "Этот сукин сын решил купить меня задешево. Предлагать титул виконта человеку, чей род восходит к Каролингам, пусть и по материнской линии... Хотя какая, к черту , разница?! Даже если б он предложил мне герцогскую корону, я бы всеравно не согласился...." За эти двадцать лет де Монфор уже привык к службе в ордене и не хотел что либо менять. "Да, я не командор провинции, но мне вполне хватит той небольшой крепости в Сен-Вилье, которой я командую... И надо написать письмо де Шарнэ... Странное приглашение"

22:49 

Ход 26. Особняк на улице Фоссе Сен-Жермен. 27 сентября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Возвращаясь из фехтовального зала в Тампле, де Монфор по дороге в свою комнату решил узнать у своего оруженосца нет ли каких новостей. В ответ на этот вопрос паренек подал ему пакет, переданный по его словам каким-то сержантом Люсоном. Пакет содержал приглашение прибыть к трем часам по полудни на улицу Фоссе Сен-Жермен , в дом Ангеррана де Мариньи. "А ведь могу и не вернуться отсюда в Тампль" - отрешенно подумал де Монфор, осадив коня в указанное время возле особняка на указанной улице .

В центре кабинета располагался большой, накрытый серым сукном, стол.Справа в большом камине потрескивал огонь.Слева на стене висели карты - мелкомасштабная Европы, оканчивавшаяся белыми пятнами на юге и западе и крупномасштабная - Франции.На столе лежали разные бумаги, перья,чернильницы. Коадьютор сидел в своем массивном дубовом кресле и изучал какой то пергамент.Увидев вошедшего де Монфора, он мрачно усмехнулся одними уголками губ и указал ему на стул.
- Садитесь...сир де Монфор.

Окинув взглядом обстановку кабинета, де Монфор произнес со свойственной ему иронией:
- Благодарю , мессир, но сесть я всегда успею.

Усмешка коадьютора стала шире.
- Нам предстоит длительная.беседа, сир де Монфор.Так что Вам лучше будет не стоять все это время на ногах.
В комнату вошел слуга и поставил на стул бутылку анжуйского и два бокала.

- Как скажете , мессир, - тем же тоном и с той же улыбкой произнес де Монфор, усаживаясь на стул.

Коадьютор смотрел на Монфора как будто что то вспоминая...
- Монфор...бенефиций вашего рода находится в окрестностях Нанта, не так ли ?

- Так оно и есть, но я уже давно не посещал отчий дом... - сказано это было с такой тоской, будто де Монфору и впрямь было по чему тосковать.

- Да... - Мариньи кивнул с понимающим видом. - Рыцарю ордена не приходится рассчитывать на собственный замок А скажите, де Монфор, зачем вы вообще пошли на орденскую службу?

Де Монфор сделал вид, что удивился такому вопросу.
- Ну а чем еще заняться четвертому из семи сыновей своего отца?

Мариньи вздохнул как будто разговаривая с неразумным ребенком.
- С Вашими воинскими заслугами Вы бы уже давно могли бы заслужить себе бенефиций на королевской службе. Вам 40 лет и из них почти 20 вы на орденской службе, но вы всего лишь простой комтур - не член капитула, не командор провинции, даже не прецептор.

Де Монфор оценил сей тонкий намек, но на лице его была все та же улыбка, а в голосе по прежнему сквозила ирония:
- Знаете , я никогда об этом не задумывался.....

Мариньи покрутил в руках перо как будто не обращая внимания на иронию Монфора.
- А вы подумайте. Человек с вашим боевым опытом мог бы пригодиться королю на должности скажем...начальника Руанского гарнизона. Скажем с титулом виконта и с получением бенефиция соответствующего титулу.

- Я подумаю, - с той же интонацией ответил де Монфор, хотя уже сейчас знал, что его ответ будет отрицательным.

Теперь Мариньи смотрел на Монфора в упор чуть наклонив голову. Его ноздри слегка раздулись.Видно, что благодушное настроение его рассеялось.
- Я думаю от человека в Вашем положении следовало бы ожидать однозначного ответа, учитывая сколь опасные задачи Вам приходится выполнять на службе ордена и сколь мало Вас за них вознаграждают.

Де Монфор догадывался, куда клонит Мариньи, но виду не подал:
- Что же может быть опасного в воинской службе? Самое обычное ремесло.

Коадьютор явно начал терять терпение.
- Политические игры могут быть куда более опасными, чем война.Особенно, когда в них впутываются люди, не представляющие себе насколько они рискуют.

- Какое тонкое замечание! - деланно восхитился де Монфор. - Вот именно поэтому я никогда ... - он сделал упор именно на слове "никогда" - ..... не впутываюсь ни в какие интриги. Это не пристало воину и рыцарю.


Коадьютор встал из за стола и,видимо утратив интерес к разговору, подошел к карте висящей справа на стене.
- Вы можете идти, .де Монфор....- Когда тамплиер встал, Мариньи обернулся и добавил - И передайте Жоффруа де Шарнэ ,что если он желает побеседовать со мной, он тоже может явиться сюда...

Де Монфор молча кивнул коадъютору и откланявшись, покинул его кабинет, удивляясь про себя, что его отпустили так легко и просто.




20:37 

Ход 25. Покои магистра ордена Храма. 26 сентября 1307 года. Вечер.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Жак де Молле сидел в ставшее за время любимом кресле и внимательно смотрел на огонек свечи, словно пытаясь потушить ее взглядом. "Интересно, сколько еще промахов Орден может себе позволить? Наверное, они неизбежны, но неужели мне надо делать все самому? Эх, де Шарнэ.."
- Огюст, ты откроешь дверь, или мне придется сделать это самому?

В дверь постучали, затем она отворилась. На пороге стоял Гийом де Монфор - выбрит, подтянут, от утреннего похмелья не осталось и следа.
- Явился по Вашему приказу, мессир.

Посмотрев на Монфора оценивающим взглядом, Магистр хмыкнул про себя.
- Аа, Гийом. Ну что ж, проходи. Я полагаю ты еще не обедал? Огюст, что ты стоишь? Принеси приборы - брат Гийом будет обедать вместе со мной.
Сказав все это Молле повернулся, и даже не посмотрев на гостя направился в комнату, где обычно принимал пищу.

- Благодарю, мессир, но я сыт, - де Монфор, будучи внешне невозмутимым, ожидал неминуемого разноса за провал миссии. В том, что приказ об убийстве Мариньи, переданный ему в свое время приором Нормандии, исходил от самого Магистра, он никогда не сомневался.


Присев за стол и подождав пока принесут еду, де Молле начал трапезу. - Знаешь, Гийом, ты зря отказываешся. У меня отличные повара! Хотя на твоем месте я бы начал опасаться питаться вне дома. Да и дома удвоил бы плату своему повару, чтобы всякая шваль не смогла его подкупить. - Магистр выпрямился и посмотрел на командора тяжелым взглядом. - Я думаю тебе известно эта ужасное происшествие? Бедный де Буайе.. - голос был мягким, а глаза почти незаметно сузились.

Де Монфор в ответ на эти слова лишь стиснул зубы. За стол он так и не сел.
- Я предупреждал его, но он не внял моим предостережениям. Его смерть - это моя вина , мессир.

Молле мотнул головой и резко засмеялся, но тут же остановился. - Дорогой мой, ты думаешь мне интересно слушать твои оправдания? Подумай о том, что де Буайе наговорил на допросе. Бедный - бедный де Буайе! Французкие палачи знают свою работу. - эту фразу де Молле проговорил так, что ирония чувствовалась де Монфору как запах мяса из его тарелки. - Ты догадываешся, что ты теперь стоишь в очереди, очень короткой очереди? Я думаю тебе следовало бы быть разборчивей с выбором исполнителей. - голос Магистра становился все тише.

- Анри был лучшим, - невзирая ни на что, голос командора оставался спокоен. - Его беда лишь в том, что он не смог скрываться слишком долго. В том, что я на очереди следующий, я даже не сомневаюсь. Но если мне и суждено пойти по тому же пути, что и бедняге Анри, то вряд ли им удастся что-то доказать. - командор криво усмехнулся.

Лучший! - Магистр картинно поднял руки к небу. - Все. Хватит. Я вызову тебя позже, - и чуть помедлив , добавил, - если останешься жив.
Сказав это, Магистр позвал слугу и попросил проводить де Монфора до двери.


12:04 

Ход 24. Париж. Трактир "Рог и корона". 26 сентября 1307 года. Позднее утро.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Это утро застало командора в постели. И, разумеется, не в своей. Открыв глаза, он не сразу вспомнил, где находится. И только чуть позже память подсказала ему, что находится он в кабаке, где и провел весь вчерашний вечер и всю последующую ночь. Голова была как чугунная. "Ну и надрался же я вчера...". Рядом послышалось чье-то ровное дыхание и только тут командор понял, что в постели он не один. Справа от него, у стены лежала довольно милая, темноволосая девушка и сладко посапывала во сне. "Пожалуй, не стоит ее будить - вчера у нее было много работы" - усмехнулся командор и поднялся с постели.
В дверь постучали - слуга принес воду для умывания. Одеваясь и умываясь, командор размышлял:"Если Анри, да покоится он с миром, сам лишил себя жизни, значит ....значит он не выдержал пыток и проговорился. А коли так, то и мое имя наверняка назвал. Тогда почему же меня не арестовали еще на южной заставе, на въезде в Париж? Ошибка? Промах? Или западня? Хм... Не удивлюсь, если за мной следят. Вот только на что они надеются? А может мне пришло время затаиться?". Он тряхнул головой, словно пытаясь отогнать саму мысль об этом : "К дъяволу! Никогда ни от кого не прятался, не буду этого делать и теперь."
Вчера, прежде чем уйти в загул, он все-таки позаботился, чтобы письмо для Мариньи, врученное ему приором, попало в нужные руки. Так что адресат получит письмо уже сегодня к вечеру. Всех замыслов де Шарнэ он не ведал, но в одном был уверен - приор никогда не станет делать что-то во вред ордену.
Наконец-то умывшись, одевшись и пристегнув меч, он покинул комнату, оставив на столе несколько золотых монет для той, с которой провел эту ночь.

21:23 

Ход 22. Париж. 25 сентября 1307 года.

А й д и
Со всех сторон взирает пропасть, но повторяю неотступно: "Над пропастью построю крепость и будет крепость неприступна" (С)
Первое, о чем узнал командор вернувшись в Париж - это известие о назначении новым Хранителем печати Гийома де Ногарэ. "Parbleu!* Тысяча чертей и задница дьявола! Теперь этот выскочка получит настоящую власть...."
События последних дней потребовали от него значительных затрат физических и душевных сил, а это известие и вовсе выбило его из колеи. У Гийома де Монфора обычно было три способа вернуть себе душевное равновесие - напиться в кабаке, закатиться к какой-нибудь непотребной девице либо померяться с кем-либо силами в фехтовальном зале .
Первый способ он отмел сразу - сейчас ему как никогда нужна была трезвая голова. Второй способ также был им отвергнут - развлечения с девками слишком расслабляют, а он сейчас должен быть собранным. А вот посетить фехтовальный зал ему не помешает никогда.
Но тут подоспело второе известие - известие об аресте и смерти Анри де Буайе. "Кровь Господня! Я же говорил ему - не высовываться! Упокой , госсподи, душу его..." Это известие добило его окончательно. Теперь уже фехтовальный зал был отвергнут, командор сделал выбор в пользу вина и девок.



* Parbleu! - французское ругательство. В переводе "Черт подери!"

главная